Кличко: «Я опять свободный человек, и когда вернусь в ринг буду совершенно раскован»

Украинский боксер рассказал об истинных причинах поражения в поединке с Фьюри

Владимир Кличко / Facebook Владимира Кличко

Экс-чемпион мира по боксу в супертяжелом весе украинец Владимир Кличко признался, что перед боем с Тайсоном Фьюри находился в отличной физической форме. Главная проблема украинца, который уже рассказал, когда и где состоится реванш с британцем, заключалась в психологии.

Мне довелось говорить со многими боксёрами после поражений. Все реагировали на произошедшее с ними по-разному, но большинство всё же делилось на две группы: одни винили в случившемся всех, кроме себя, другие – исключительно себя. Каков будет ваш ответ на извечный вопрос: «Кто виноват?»

— Много лет, изначально вместе с Виталием, я создавал свою команду, которая включает в себя менеджеров, тренеров, юристов, ассистентов и вообще самых разных специалистов. Я работал с самыми разными тренерами: с Фрицем Здунеком, с Бруксом, с Фредди Роучем, с Тернером, со многими другими, а главное, с Эмануэлем Стюардом, а потом уже с Джонатоном Бэнксом. В результате я набрал огромный опыт. Это касалось всех моментов, в том числе и бокса как бизнеса. Вылилось всё это в то, что я собрал лучшую команду из всех возможных. Сейчас многие указывают на того или иного члена моей команды как на виновника случившегося. Чаще всего на моего тренера Бэнкса, про которого говорят, что он моложе меня и поэтому не может со мной работать. Так вот, при всём моём уважении, я хочу сказать всем: никто, кроме меня, не виноват в моём поражении. Никто.

И в чём же ваша вина?

— Я был в лучшей физической форме в своей жизни. Но никакая физическая форма тебе не поможет, если не сочетается с хорошей психологической формой. Дело было не в травме, не в переносе боя, не в скорости передвижения Фьюри по рингу. Дело было в том, что я не вошёл в поединок, не прочувствовал его, не прочувствовал соперника. Я не мог поймать цель, чтобы правильно нанести удар. Это меня страшно раздражало, а когда наверх вылезли эмоции, вслед за ними появилась какая-то скованность, зажатость. Я хуже, чем обычно, чувствовал дистанцию. Думал слишком много, просчитывал, ударить так или эдак, а работать нужно было на инстинкте, том самом killer instinct. Увидел, что он открылся – тут же на автомате пробил. Я всё чего-то пережидал, пережидал, а возможности исправить положение утекали между пальцами. Это просматривалось и в предыдущих моих поединках, а к бою с Фьюри устоялось и даже зацементировалось на уровне подсознания. А тут ещё соперник такой неудобный попался, и всё это вызвало какую-то усталость, обескураженность, даже растерянность. Но теперь я понимаю, что нужно было делать. Я себе поставил точный диагноз и знаю, как и чем мне теперь лечиться.

То есть ваша главная ошибка, что слишком долго чего-то ждали?

— Ну, обычно как бывает? Ты прицелился и ударил, а с Фьюри цель всё время была вне пределов досягаемости. Он повёл бой в преимущественно защитной манере и большую часть времени держался на расстоянии. Если бы он побежал на меня, как Кубрат Пулев, всё было бы иначе. В Пулева мне очень просто было попасть. А тут я выбрасывал мало ударов и не доставал, потому что Фьюри был далеко. С ним надо было идти вперёд, зная, что первые два, а то и три удара придутся по воздуху, и только четвёртым или пятым ты его достанешь. А я ничего этого не делал.

В общем, знаете, как бывает в футболе: одна команда находит какую-то щёлочку в обороне другой и уже лупит туда. Вот и он нашёл такую щёлочку и как-то очень вписался в неё. Его габариты, его крайне неудобный стиль очень точно подходили к этой щёлочке. Но главное, и это целиком моя вина, – что эта щелочка была!

А как она появилась? Почему?

— Наверное, образовалась оттого, что я давно не завоёвывал титулы, а только отстаивал их. Защищал крепость, а не брал её. Сдерживал, а не ломал, не покорял. Теперь, после поражения от Фьюри, я снова свободен. Меня больше ничто не держит. Я столько лет дрался, у меня были любые соперники: большие, маленькие, правши, левши, я с ними со всеми научился работать. Но моё долгое чемпионство эмоционально, психологически меня зажало. А теперь я опять свободный человек. Когда я снова выйду в ринг, я буду совершенно раскован. Но это не значит, что я стану глупым, бегущим на встречный удар гражданином. Однако теперь я покажу другой бокс.

Какой именно?

— Бокс человека, которому нечего терять. Тот, кто защищает титул, может его потерять. Тому, кто пытается завоевать титул, терять нечего. В моём нынешнем положении есть свои плюсы, и хочу, чтобы через пять лет, когда я буду вспоминать эти дни, я мог бы сказать: хорошо, что всё случилось так, как случилось. Я надеюсь, что в 2016 году я смогу показать то, чего бы я никогда не смог показать, не смог достичь, если бы не было этого проигрыша Тайсону Фьюри. Ну и людям тоже стало поинтереснее. Если бы я его победил, все сказали бы: «Ну вот, ещё одного побил…» А теперь появилась драма. Когда один человек столько лет стоит на вершине, людям становится скучно, как, например, когда из года в год на «Формуле-1» побеждал Шумахер. Теперь в тяжёлом весе вновь появилась интрига. По-своему эта ситуация пошла мне на пользу. У меня появилась конкретная цель, чёткая мотивация. Я, слава богу, здоров. Мне ещё далеко не 50. А что проиграл… Так любой мой проигрыш, будь то Пьюритти, Сандерсу или Брюстеру, сделал меня лучше как в ринге, так и за пределами ринга. И с Фьюри, надеюсь, будет точно так же.

Было такое ощущение, что Фьюри изучил ваш стиль и хорошо подготовился к бою конкретно с вами.

— Он вообще хороший боец. Я с самого начала говорил, что это будет один из самых сложных для меня боёв. Он был в отличной форме. Умело пользовался своим ростом, длиной рук. Стойки менял, что, в принципе, не было для меня большой проблемой, но неудобства создавало. Да, он подготовился к бою со мной, но всё, что он наготовил, могло и не сработать. В первых раундах я видел, что он не очень уверен в себе, а поэтому излишне осторожен. Вот когда он почувствовал, что я не могу к нему приспособиться, тут он резко прибавил.

После боя прошёл слух, запущенный одним российским промоутером, что вы сдали бой.

- Глупость не комментирую.

«Детский» вопрос: у Фьюри сильный удар?

— Любой боксёр весом за 110 килограммов может ударить так, что мало никому не покажется, но настоящим панчером я бы Фьюри не назвал.

Комментарии 0

Новости партнеров
http://inv-nets.admixer.net/dsp.aspx?rct=3&zone=f6c8cbbf-096b-4b28-b07e-757ff9e5f637&zoneInt=116§=111&site=111&rnd=210901299
Новости партнеров
Новости партнеров