Он первый в истории Украины чемпион мира по дзюдо. К 33 годам Георгий Зантарая завоевал суммарно шесть медалей чемпионатов мира и еще три раза становился чемпионом Европы.
Но покорить пьедестал Олимпиады пока так и не удалось – две поездки и поражения в первых же схватках и в Лондоне, и в Рио-де-Жанейро. Токио – последний шанс Зантараи на подиум Игр.
В начале 90-х его семья бежала от войны в Грузии и была вынуждена начинать жизнь едва ли не с нуля. Сейчас же он в статусе депутата Киевского городского совета готовится к завершению действительно яркой карьеры. И надеется уйти красиво.
Медаль в Японии должна стать подарком для одного из главных болельщиков в его карьере – Георгий хочет привезти ее на могилу своего отца. Отблагодарить за многолетнюю поддержку.
О главных поворотах в своей биографии, поражении, которое изменило его жизнь, годе, ставшим определяющим в карьере и многом другом Георгий Зантарая рассказал в интервью XSPORT.ua.
Во время интервью в тебе постоянно конфликтуют желание быть серьезным с желанием пошутить. Было такое, что ты шутил, но журналисты это воспринимали серьезно?
Да таких моментов куча, конечно. Даже вот меня отмечают в Instagram (показывает видео, где на Европейских играх в шутку говорит: «Я их убил всех»). Я просто шутил, а они…(смеется) Ну а таких конкретных примеров еще и не вспомню. Но, действительно, стараюсь быть более-менее серьезным. Тем более, сейчас.
Но история о резьбе по дереву реальная. Я где-то ляпнул (а потом это написали Зантарае в качестве хобби в профиле участника Олимпийских игр).
Что самое сложное в том, чтобы быть профессиональным дзюдоистом в 33 года?
Если нет цели, то вообще все сложно. А если есть цель, то ничего тяжелого нет. Я не ощущаю себя старее кого-то, не ощущаю, что не могу выполнить какое-то задание или тренироваться так качественно, как в 22 года. Не могу сказать, что что-то такое особое.
Говорят, ты был не особо спокойным дзюдоистом на старте своей карьеры. Есть что-то, что сейчас стыдно вспоминать?
Было такое в моей биографии. Но сейчас я пытаюсь избегать подобного. Уже если что-то и делаю, то обдуманно. Если я что-то делаю, то решился: решился – делай, а если сделал – не жалей.
Помню, в 2005 году был чемпионат Европы U-23 в Киеве. И был отбор на него. Я на чемпионате Украины боролся с парнем и после схватки случайно с ним подрался. Меня дисквалифицировали и все – я никуда не поехал, никуда не попал.
Случайно подрался?
Ну да, случайно не бывает ничего. Там оплеухи друг другу выписали и все. Было такое. Мы только вышли за ковер – и сразу. Я выиграл, но решил ему еще и в уличных боях доказать, что я сильнее. Что с ним? Я даже до сих пор его фамилию не знаю. Но да, ни он не поехал, ни я не поехал на тот чемпионат Европы. Необдуманный поступок.
Та многие, наверное, дети не осознают, что такое дзюдо, лишь со временем понимают. Я понимал, что могу прийти на тренировку, схватиться за кого-то и бороться. То, что мне дома с братом не разрешали. Но мы все равно это делали.
Еще одна цитата: «Помимо спорта я люблю делать… ничего».
Это факт. Самое крутое времяпровождение – это не делать ничего. Я люблю отдыхать дома. Чтобы меня никто не трогал.
Можешь рассказать какую-то жесткую историю троещинскую?
Я был предпринимателем – кульками в детстве торговал. На самом деле, драки были. В тюрьму, слава Богу, не хотели садить, в комнате детской милиции не состоял. Такого ничего не было интересного. Ну а об интересном незаконно говорить – шучу.
Ты можешь объяснить, что с твоей машиной случилось?
Просто у нас в городе пироманы, любители палить завелись. Вот решил мне фейерверк под домом устроить. Больные, походу, люди. Да, это было. Неприятная ситуация.
Кто-то запускал салют или это шутка?
Нет, это я просто так казал. Но, походу, чувак любит, чтобы все горело.
Да, я как-то в школу к нему пришел, он тогда во втором классе учился. Говорит: «Папа, ты в Букваре нарисован». Классно. Кто-то оценил – это хорошо. Это обычный Букварь школьный. Не знаю, как я там оказался.
Что ты делаешь в лиссабонском «Спортинге»?
Я за всю свою жизнь, наверное, ни одного футбольного матча не посмотрел и 45 минут. Не смотрю футбол. Это имиджевая штука, на самом деле. Перед Олимпиадой сделали нас типо амбассадорами. Многих интересует, что ты взамен получаешь – ничего. Хайп. Да, просто в новостях появляюсь, а у меня на кимоно их эмблема.
Твое отношение к ММА?
Отдельный вид спорта. Набивают друг другу лицо. Тоже не смотрю его.
Если бы не нынешнему Зантарае, а Зантарае после поражения в Лондоне-2012 предложили контракт в UFC, что бы ты решил?
Я рассматривал, в принципе, такие варианты. Я попробовал, на самом деле. Но меня по голове шандарахнули, и я понял, что это не мое. Каждый должен заниматься своим делом.
Но с Макгрегором ты бы разобрался?
Не, ну ушатал бы 100%. По дзюдо. Ну а по боям – вряд ли.
Ты говорил, что не смотришь спорт, но Василий Ломаченко заставил тебя пересматривать хотя бы обзоры. Как ты отреагировал на его поражение от Теофимо Лопеса?
Я расстроился. Но ничего, в жизни спортсмены проигрывают. У него еще все будет хорошо, и он будет абсолютным чемпионом мира. Но, 100%, от поражений лучше не становится, это факт. Но он сказал, что станет абсолютным чемпионом мира. Конечно, лучше через это не проходить, лучше без проигрышей. Но если уж так ситуация сложилась.
Как дела у лучшего дзюдоиста Украины, ты ведь лучший?
У каждого времени свои герои. Мое время уже практически закончилось. Но, на самом деле, нормально. Думал выступить на чемпионате Европы, но, по стечению обстоятельств, не получилось. Так что готовимся на чемпионат мира.
Стечение обстоятельств – это?
На тренировке тренировался. Другая пара не ехала на чемпионат Европы и меня тоже решила не отпускать – упала на меня и травмировала ногу – по логике, что они не едут, и я не поеду. Так получилось, что сзади на меня упали и травмировали.
Тебе не надоело, что тебя называют лучшим дзюдоистом Украины, первым чемпионом мира в истории и т.д.?
Не обращаешь на это внимание. Люди преувеличивают достижения других людей, тем самым предавая им большую значимость. Да, было. Но есть более важные дела. Не могу ответить конкретно плохо это или хорошо. Наверное, самолюбие мое тешит, тем самым возвышая меня в моих же глазах.
Нет, критика – это нормальная штука. Если не критикуют – это плохо. Опять же, дзюдо, да и любой вид спорта если взять, то обычный обыватель не знает, к примеру, кто такой Олег Верняев или Ольга Харлан. Это большая проблема.
Нужно тех спортсменов, которые этого заслуживают, делать популярными, и они сами себе добудут на хлеб.
У меня запланированы были Тбилиси, чемпионат Европы и чемпионат мира. Перед Тбилиси я заболел – у меня была температура, ну а за три дня до чемпионата Европы меня решили оставить дома. Вот и все.
У сборной Украины только одна медаль на чемпионате Европы. Это хорошо, плохо, нормально – как это?
Учитывая то, что не боролись топовые дзюдоисты страны: Хаммо и Ньябали – плохо, что нет по мужчинам медали, но ничего критического в этом нет. Думаю, команда и тренерский штаб сделают выводы и все будет хорошо.
Медаль такая же будет, как и на предыдущих играх. Значимость ее? Все вопросы сняты. Это те же Олимпийские игры. И точно так же каждый обладатель медали останется в истории. То, что будут какие-то ограничения, – ничего. Ты едешь выступать на Олимпиаде, а не получать какое-то удовольствие от того, что ты туда поехал.
Без Олимпийской медали твоя карьера будет провальной?
Ну я буду очень сильно расстроен. Ты максимума своего не достиг, которого можно было достичь. Если не будет медали, то такое себе. Но если ее не будет, то меньше от этого моя семья любить меня не будет. Олимпийская медаль – это для себя, это за проделанную работу. Но остаться без нее – это не самое худшее, что может быть в жизни. Но, на самом деле, это плохо, если ее не будет.
Твоя мама говорила, что ты не был морально готов к предыдущим двум Олимпиадам...
Многие так говорят, но я взял шесть медалей чемпионата мира, три раза становился чемпионом Европы. Морально, как видим, я устойчивый. Могу.
Просто я настолько сильно хотел выиграть Олимпийские игры, что аж проиграл. Это лично мое мнение. Чуть-чуть что-то неправильно было в подготовке. Я был первым в мировом рейтинге, когда ехал в Лондон, был, по-моему, третьим перед Рио. Ничего не помогло.
Ты загонял себе перед Играми?
Я так тренировался! Может так и не нужно было тренироваться. Такое.
Да нет. После 2016 года я понял, что проигрыш на Олимпийских играх, – это ничего. Ты утром можешь встать и делать то, что ты хочешь. А у некоторых людей такой простой возможности нет. Ну нет у меня медали и что? Кто-то хуже ко мне начал относиться? Нет. Была бы она и что? Ну появилось бы у меня больше знакомых. На определенное время. А дальше? Не вижу критичного в этом ничего.
Не похоже это все на голливудскую историю для тебя? Две Олимпиады, два поражения в первых же схватках и вот – последний шанс.
Да нет. Но круто было бы. Посмотрим. Круто было бы, на самом деле, – я сам офигел бы. Некоторые тренируются миллион часов в день и все равно проигрывают. А некоторые тренируются по несколько часов – и все равно побеждают. Если тебе суждено быть чемпионом или призером, то ты им станешь. Но, понятно, что, лежа на диване, ты чемпионом не станешь, нужно выполнять определенную работу, чтобы добиться этого.
Как ты переживал все это, эти поражения?
Я в Лондоне думал, что у всех выиграю, я все выигрывал перед этим. Очень расстроился. И в Рио я думал, что у меня медаль будет.
Это реально падение на дно моральное. Я уже и все бросал, и не бросал. Все было плохо, все плохие. Но время проходит – все проходит. В Лондоне я очень расстроился – из комнаты даже не выходил. Да и в Рио тоже. Ты просто сидишь и думаешь: «Все, ты проиграл». Ничего сделать уже не можешь. Не знаешь куда, что – уже ничего не поменяешь. Так как-то.
У тебя сразу мысли: «Что делать?» Так плохо все, жизнь закончилось, все плохо. Но потом ты встречаешься с другими людьми и видишь, что могут быть ситуации и хуже, что у тебя на самом деле все прекрасно в жизни. Но тогда было ощущение, что жизнь закончилась: дзюдо ненавижу, кимоно ненавижу, его нужно было палить прям там. Но, опять же, время помогает.
И сколько его должно было пройти?
Все зависит от коллектива, который тебя окружает. Если тебе говорят, что: «Вот, ты проиграл, все плохо». А если они помогают тебе побороть это все, то намного легче.
И как было у тебя?
Я на протяжении, наверное, полугода был никакой. То я спать не мог, то я есть не мог. Все у меня было плохо. Я дзюдо забросил, не ходил на тренировки. А потом начал. Еще и выиграл две Европы после этого, и на мире медаль взял. Все, что ни делается, все к лучшему. Пока так.
Ты принял решение уйти, все бросить. Но в какой из дней ты понял, что нет – нужно вернуться?
Сейчас, после Рио, я поехал в Италию, встретился там с семьей одной – и понял, что спокойно могу тренировать.
Я тогда, наверное, все же не хотел бросать. Хотя нет, было так: тренер мне сказал переходить в другой вес. Я думал: «Да куда там, еще и в другой вес…»
После Олимпиады мне друг, олимпийский чемпион из Греции, предложил поехать вместе потренироваться, я ведь перешел в другой вес. Мы тренировались и, на удивление, на чемпионате мира я взял медаль.
А так – я расстраивался по этому поводу. Я ведь в 60 кг боролся: я был в топ-3, на всех чемпионатах мира брал медаль, я выиграл Европу. И вот мне приходится все это бросать и переходить в другую среду. Но все вписалось, как тренер мне и говорил.
Медаль на этих Олимпийских играх важна не только для тебя лично? Ты говорил, что хочешь принести ее на могилу отца.
Да, я хотел бы. Круто было бы. Медаль в любом случае – это круто. Но отец был одним из моих самых больших фанатов. Он меня на дзюдо водил. Круто было бы.
У Усика подобная история была. Он отцу на похороны медаль с Олимпиады привез.
Жизнь такая штука. Вот и все. Но, опять же, время проходит и все.
Все говорят о твоих двух Олимпиадах, но, кажется, что едва ли не больший вклад в твою карьеру сделали другие Игры – пекинские, – на которые ты не поехал.
Пекин… Я так расстроился. Я на них вообще не собирался. Но за год или полтора до Олимпиады я начал медали брать. Думаю: «Ничего себе, я так еще и на Игры поеду». Но на последних соревнованиях, на Кубке мира, я проиграл парню из Украины Максу Коротуну. Тренерский штаб решил его везти. Тем самым они меня мотивировали, чтобы на следующий год я выиграл чемпионат мира.
Правда ли это, что один из судей схватки с Коротуном был из Грузии, и он тебе сказал, что грузины должны выступать за Грузию?
Уже не помню, но, наверное. Он меня много раз судил после этого. Классно судил – победа была на моей стороне. Мне предлагали, да. Но куда я поеду? У меня дети, семья, мама, дом, папа похоронен здесь – некуда мне ехать. Ну а судья мне говорил не на татами, это было уже в гостинице, больше в шутливой форме.
Ты понимал перед схваткой этой, что она будет определяющей в плане поездки на Игры?
Это понятно было. До этого я выигрывал у него. Но в тот раз проиграл. У меня был еще шанс – через месяц проходил чемпионат Европы. Мне сказали, что если я выиграю, то поеду на Олимпиаду. Но тогда мне это было нереально.
У того парня за отбор было медалей меньше, чем у меня, но по очкам он был выше. Поэтому я не скажу, что его незаслуженно взяли. Только я выигрывал у сильных спортсменов, которых он не мог победить. Он проиграл в первой схватке – я его соперника побеждал. Но тренерский штаб решил так. Несправедливого ничего не было – по очкам он был лучше.
Да. Но я и сейчас могу расплакаться. Я даже от фильма могу расплакаться. Но тогда да – плакал. По-моему, всю ночь тогда проплакал. Вот, после Masters в Катаре тоже слезу пустил – подрасстроился. Не знаю почему, постарел, наверное.
Говорят, ты после того поражения хотел карьеру завершить...
Да. Но мне тренер сказал: «Та потренируйся ты год, все будет нормально». Я ему поверил тогда и все – движуха пошла. Я тогда стал вторым на Европе и выиграл чемпионат мира. Точно так же было и после Лондона: «Да попробуй, потренируйся, у тебя все получится». Тоже поверил.
То есть, ему не так сложно было тебя убедить не уходить?
Я же ему верю. Если ты своему тренеру не веришь, то кому тогда? Он же с тобой везде. Как перед войной – вместе.
Я с того сбора уезжал. Меня отправили туда – я там бунтовал. И мне сказали: «Собирай шмотки и уезжай». Или я сказал, что мы уедем. Не помню, как точно было, но суть в том, что мы уезжаем, и я думаю: «Ну когда же он нас остановит». Мы тогда еще с одним парнем шмотки собрали, поехали на вокзал и ждем, когда же он нам напишет, чтобы мы возвращались обратно. Долго мы там сидели. Но потом сами написали: «Мы все обдумали и возвращаемся».
Ну а почему налысо постриглись – не помню.
Дуброва говорил, что это была ошибка, что нужно было отправлять тебя на Олимпиаду.
Зато я выиграл чемпионат мира в следующем году. Если бы меня взяли на Олимпиаду, то я бы не выиграл чемпионат мира. Наверное, это все же мотивация для меня была, что меня не взяли.
2009 год – самый важный для тебя в карьере?
Лучший ли – не знаю, у меня все хорошие были. Но в плане формирования меня – да.
Что я специально уступал? Это мнение людей. Ты можешь оправдываться, рассказывать, но если они хотят это видеть, то, сколько бы раз ты им не повторил, они не передумают. Но нет, это неправда. И это не давило на меня.
Но тогда я выиграл за выход в финал, кстати, у грузина – титулованного соперника, призера Олимпиады. Но в финале проиграл.
Твои родители рассказывали, что они приехали на чемпионат Европы тот. Ты выходишь на татами, и они тебя поддерживают. А все вокруг сидят и недоумевают: вроде сидят грузины, но поддерживают украинца.
Да, было такое.
А в финале уже кого поддерживали?
Меня, по-любому. Тогда меня еще не знали, но теперь меня всегда поддерживают. Я уже сформировался, зарекомендовал себя.
Выход в тот финал – насколько это было важно?
Важно, потому что это была моя первая медаль на взрослом чемпионате Европы. Это было подтверждение слов моего тренера, который за год до этого говорил, что у меня все получится. Мотивация была. Ну и поощрительный приз неплохой – медаль.
Да, я сказал, что выиграю. Не знаю, почему я так сделал. Но выиграл. Прикольно было. Я сам офигел тогда. Круто было. Но теперь я хочу стать еще и олимпийским чемпионом. Да, я понимаю, что у каждого времени свои герои, но с героями буду бороться.
Чемпионат мира поделил жизнь на до и после? И что в этом «после» поменялось?
Да, поделил. Ты стал более популярным, более узнаваемым. Дети захотели быть похожими на тебя, потому что ты теперь чемпион. Ну и статус повышается.
Если бы у тебя было 10 медалей чемпионата мира, но не было бы золотой, то статус был бы другим?
У меня сейчас шесть медалей чемпионата мира – это подтверждение того, что ты умеешь бороться. И делаешь это неплохо. Один раз можно выиграть случайно, но шесть раз… Это намного тяжелее. Поэтому, наверное, чем больше медалей, тем лучше. Но без золота ты не был бы чемпионом мира – все. Знают только чемпионов. Призеров много.
Какое самое большое изменение произошло после победы на чемпионате мира?
Да мы просто в Турцию поехали. Ничего такого не было. Не набухивался точно. Не было такого, что не хотел тренироваться. Это когда проигрываешь так. А когда выигрываешь, то, наоборот, мотивация дополнительная появляется.
Тебе ведь был 21 год, когда ты выиграл чемпионат мира. И ничего, не зазнался, звезду не поймал?
Ну а что должно было в моей жизни поменяться? Я вообще счастливый был, когда ехал туда. Мне за пять дней до этого купили машину, которую я хотел. У меня уже все сложилось, все круто было – я ездил на новой машине. У меня уже все было нормально.
Конечно, жаль, что я не выиграл чемпионат мира шесть раз.
А есть такие люди в истории вообще?
Нет таких людей. Вообще мало таких, у кого в малых весах шесть медалей. В малых весах люди из неоткуда появляются. Непонятно, откуда они берутся. Настолько много дзюдоистов – большая конкуренция. На чемпионате мира я боролся в семи схватках – это очень много. К примеру, в 2010 году я в первой боролся с олимпийским чемпионом 2008 года, дальше был еще серебряный призер той же Олимпиады, потом еще с одним олимпийским чемпионом, а в финале – с трехкратным олимпийским призером. Очень много людей. И они сильные.
Ты говорил, что в 2013 году тебе предлагали сменить гражданство и вернуться в Грузию, почему ты отказался?
Мне не только они предлагали. Просто люди, которые говорят, что просто взяли и уехали – получается, что им нечего терять. А я реализовался здесь. У меня здесь много друзей, семья.
Когда у меня ничего не было, мне Украина дала все. Мне дали бесплатный спорт, даже кимоно дали бесплатно. Неправильно было бы поступать так. Многие спортсмены кричат, что переедут – это громкие слова. На самом деле, не так уж это и просто. Это долголетний процесс, нелегкий путь. Если я никуда не уехал, значит, я никуда не собираюсь.
Мы сначала в другой город в Грузии переехали, потом в Россию и сюда – в Киев. Да, там война была, вроде. Не могу вспомнить – мне было 4 или 5 лет. Наверное, понимал, что было. Но сейчас-то точно понимаю, что происходило.
Но точно помню, как к Киеву подъезжали, – и горят фонари. А на следующий день еще и снег пошел. Это помню.
Ты в детстве понимал, что это не твоя страна, что ты переселенец?
Нет, мне никогда люди не давали понять, что я не свой. Может, за спиной и говорили, но я никогда не ощущал себя, что я там какое-то инородное тело. Слава Богу, что я такого не встречал и, надеюсь, и не встречу. Украина – это хорошая страна.
Твоя семья от одной войны убежала. Тогда, когда другая началась на Востоке, стало страшно?
Конечно. Я надеюсь, что здесь не будет войны. Моя мама тогда переживать начала: «Мы уже от одной убегали. Не дай Бог и здесь начнется. Что же нам делать? Как так может быть?»
Сейчас ты новости читаешь, не страшно?
Я читал о том, что происходит. Надеюсь, что настанет мир и все будет хорошо.
Нет, спорт для меня на первом месте. Пока я занимаюсь этим, то пытаюсь делать это максимально хорошо, потому что у меня есть здесь еще незаконченные дела.
Но у каждого начала есть конец. Конец у спорта тоже будет. Он должен быть плавным и хорошим. Нельзя, чтобы этот переход был резким. К счастью, интеграция в жизнь у меня есть. Та спортивная жизнь, которую я прожил, она применима в любой сфере. Не зря же я борьбой занимаюсь. Борьба – это жизнь.
Но ты в жизни не всегда понимаешь правила.
Да, не все так хорошо, как ты думаешь. Мои иллюзии иногда рассеиваются. Я думаю, что я вот такой красивый и хороший. Но не все получается так, как хочется. Вроде все правильно, но нет – не получается.
Как это – быть депутатом городского совета?
Конкретнее вопрос.
Ты был спортсменом, и у тебя все четко было прописано…
Да, сейчас я тоже людям говорю: «Вот, я выполнил определенную работу и в конце получу бонус – медаль». А сейчас ты можешь бороться за что-то, но в конце ничего не получится. Как бы так сказать, чтобы никого не обидеть… Не все разделяют то понимание жизни, которое мне привил спорт. Но со временем все будет хорошо.
Всегда будут критиковать, и это хорошо. Есть люди, которые поддерживают, а есть те, кто нет. Нельзя всегда быть хорошим.
Как ты воспринимаешь критику?
Я очень неприятно перенес первую критику в свой адрес (в качестве депутата). Это неизбежно, но мнение многих людей разделяется. Ты всем не докажешь. Если кто-то думает, что я такой-сякой, – имеют право. Но критику я не люблю.
Ты сейчас чувствуешь, что пошел в правильном направлении?
Это хороший инструмент, чтобы сделать хорошее для города, для детей, для спорта. Но ощущаю я себя там не так, как когда прихожу в спортзал. В спортзале мне комфортно на 100%, там – пока на 99%. Но с каждым днем, естественно, лучше.
Там совсем другие люди, совсем другие взгляды, совсем другое общение. Некоторые вещи мне непонятны. В отношениях людей друг к другу. В моей среде не принято так делать. Но там чуть по-другому.
Чтобы, как минимум, не говорили, что я такой-сякой. Хотя, я уверен на 200%, что насколько бы хорошим ты ни был, но черное пятнышко тот, кто захочет, обязательно найдет. Сколько бы ты хорошего не делал, найдутся люди, которые будут тебя осуждать. И это нормально. Моя цель там, где я сейчас, сделать много хорошего.
Беседовал Сергей ЛУКЬЯНЕНКО, XSPORT.ua