Михаил Мельник: «Я боюсь возвращения в «совок». Это худшее, чего я боюсь»

Президент Федерации волейбола Украины об Олимпийских играх

Михаил Мельник / Фото - facebook Михаила Мельника

Президент Федерации волейбола Украины Михаил Мельник был переизбран на второй четырехлетнийсрок.

После этого он пообщался с телеканалом «Галичина» и заявил, что хочет вместе со сборной Украины поехать на Олимпийские игры. Но это была только одна из тем, которые во время интервью затронул Мельник.

Сколько матчей нужно провести арбитру, чтобы возглавить Федерацию волейбола?

– Он не должен быть арбитром, тот, кто возглавляет Федерацию. Но вопрос интересный. У меня недавно был разговор в солидном круге. Чтобы арбитр, судья в нашем обществе выиграл уже вторые выборы…

Что такое судья в глазах людей? Вор, лжец, взяточник. И мне сказали, что если судья вчистую выигрывает выборы, то нужно иметь серьезный авторитет.

По вашему мнению, какие главные достижения нашего волейбола за последние четыре года?

– Начну с цифр. Когда в 2016 году наша команда пришла руководить Федерацией, то в мировом рейтинге мужская сборная была на 54 месте, женская была на 52-м. Сейчас мужская сборная на 20-м месте в рейтинге. Футбольная – в конце 20-ки, баскетбол тоже там. Остальные игровые виды спорта далеко. Мы сейчас среди игровых видов спорта находимся на самом высоком месте. Это достижение.

Также все были свидетелями, когда мы награждали победителей Евролиги-2017. Мы впервые заявились на эти соревнования. А этот турнир второй по рейтингу после чемпионата Европы. Украина впервые выступала на нем, хоть он и проводится с 2004 года. И в первом же году и мужчины, и женщины выиграли волейбольную Суперлигу.

Вспоминаю волейбольный бум в Ивано-Франковске, куда приезжала сборная. Но почему больше сборная не приезжает сюда?

– Есть много причин. Одна из них – зал не соответствует требованиям. Дело не в покрытии, а в размерах зала и в количестве сидячих мест. В первые годы нам удавалось где-то на моих связях решить. Сейчас это было бы сложнее.

Ну и, не хотелось бы это в эфир говорить, но у меня было серьезное сопротивление. Со стороны некоторых людей, не хотелось бы их называть.

Власть помогала. Ну а руководство колледжа… Не хочу говорить, я там много работал. Я думаю, что это для колледжа было бы лучше, статус того, что сборная там матч проводит. Но.

Сейчас наши сборные базируются в Запорожье. Во-первых, там зал суперовый. Во-вторых, там вообще нет проблем.

Здесь же нужно было решать где массажный стол взять. Его за пять минут до игры пришли и специально забрали из раздевалки. Перед тем, как сборная Нидерландов зашла, у них из раздевалки «пропал» массажный стол. Ну как «пропал», его специально забрали. Пришлось срочно искать.

В Запорожье таких проблем нет.

Чем были мотивированы такие действия?

– Не знаю, воспитанием, наверное.

Но я хочу добавить, что и мужская, и женская сборные очень хотят в Ивано-Франсковск. Им очень понравилось здесь. Они не могли спокойно по 100-метровке (улица в городе) пройти. То автограф просили, то фото. В Запорожье такого нет. Там зал хороший, но здесь лучше прием. Но нужна инфраструктура и нужно менять отношение, может, людей менять, которые не хотят менять отношение.

Я хотел вот что спросить. Александр Герега стал первым вице-президентом Федерации волейбола Украины, а «Эпицентр», я так понимаю, титульным спонсором?

– Еще нет, но со следующего года станет.

Что от этого получит Федерация?

– Мы давно ищем спонсора.

У меня был вопрос, почему Герега?

– Я давно искал человека, двух, трех, которые будут помогать. Потому что эти четыре года были на энтузиазме: моем, моей команды, офиса нашего, на энтузиазме сборной. Что парни сделали на последнем чемпионате Европы. А они ничего не получили, никаких ни премиальных, ничего. Просто играли. Где-то уже энтузиазм закончился.

Я долго искал того, кто к этому энтузиазму сможет еще что-то прибавить: те же премиальные, те же сборы.

Почему мы проиграли сербам в четвертьфинале 2:3? А они потом стали чемпионами Европы? Нам не хватило еще четыре-пять игр с такими же соперниками. Спаррингов. А для таких спаррингов нам нужны деньги. Чтобы полететь в ту же Италию или в те же Штаты, или в Польшу. Вот только, поляки не очень с нами хотели играть. Правда, после этого чемпионата Европы уже спрашивали.

Сколько должен получать, допустим, топовый игрок «Барком-Кажанов», чтобы чувствовать себя комфортно?

– Я могу сказать, сколько они получают.

И сколько?

– Очень мало. Я догадываюсь. Речь идет где-то о сумме в районе 50 тысяч гривен. Это топовый. В национальной сборной сейчас вообще нет премиальных. Будем вводить.

Вот у девушек. У меня один из вице-президентов Владимир Дубинский, президент «Прометея». Он предложил объявить девушкам премиальные за выход в финальную часть чемпионата Европы. Предложил по тысяче евро каждой.

Хорошо, а какие цифры в зарплатах топовых волейболистов в мире?

– Ну, насколько я знаю, наше землячка Наталья Гончарова, которая играет за сборную России, у нее контракт был 1,2 миллиона.

А то, что она играет в России нормально воспринимается в волейбольном обществе?

– Она еще задолго до моего прихода поменяла гражданство. Это одна из причин, почему я выиграл выборы. Люди знали, что когда я приду, то торги закончатся. У нас ни один игрок не сменил гражданство за четыре года.

В футболе очень сильно ощущается жесткий конфликт между Украиной и Россией из-за агрессии России, захвата наших территорий. Этот фактор присутствует в волейболе?

– Он везде присутствует. Я скажу так. Даже в этом году один из наших подающих надежды игроков Дмитрий Виецкий, он здорово отыграл на чемпионате Европы и может вырасти в очень серьезного игрока, он в этом году подписал контракт с российским клубом. Его вызывают в национальную команду. Один из лучших игроков прошлого чемпионата Европы Ян Ерещенко играет в чемпионате России.

Я пытаюсь избегать подобных вопросов.

Но спорт так или иначе, но связан с политикой.

– Нет, спорт – это политика, однозначно. Когда вы меня спрашиваете, как я к этому отношусь – негативно. Моя дочь точно не играла бы в чемпионате России. А здесь человек сам выбирает. Тот же Ян Ерещенко. У него заканчивался контракт в Турции. Ему три месяца не платили зарплату, у него родилась двойня, и тут ему предложили контракт из России. Он сидел без денег, без ничего. Поехал. Но он один из лучших игроков сборной Украины на чемпионате Европы.

Но у нас таких, как Ракицкий нет. Человека пять лет чуть ли не вся Украина просила гимн петь. У нас таких и близко нет.

Вы говорили, что Украина развернулась на 180 градусов, что именно вы имеете ввиду?

– У нас в офисе какие разговоры велись перед выборами президента. Какой был у меня аргумент. Я боюсь возвращения в «совок». Это худшее, чего я боюсь. Это я и вижу, что началось возвращение в «совок». Почему? Наверное, люди не до конца понимают, куда они идут. Или они не планируют ничего общего с Украиной.

Какая у Украины главная болезнь.

– Думаю, это и ожидание Моисея и другое. Лина Костенко (журналист цитировал ее слова «У кожної нації свої хвороби. У Росії невиліковна») всегда в точку пишет. Она моя любимая поэтесса. У нас не хватает таких, как она в руководстве.

Давайте вернемся к этой теме с волейболом. Почему сейчас сборные так заиграли? Почему нас начали уважать в Европе? Мы вообще поменяли, развернули волейбол. Наверное, я не мог бы этого сделать. Я ведь не играю за них, я не тренер.

Дело в том, что у нас всегда были игроки, но они не хотели играть за Украину. У нас легионеры в основном. Некоторые спрашивают, почему легионеры играют в сборной (украинцы, которые выступают в иностранных клубах)? Парни, девушки, а кто становится легионерами? Лучшие. Поэтому они и должны за сборную играть. Наша задача в том, чтобы сюда их затянуть.

Когда я спрашивал у своего предшественника, почему они не хотят, то ответ был – нужно, чтобы голова захотела, хвост пойдет. Нужно, чтобы президент захотел быть украинцем, чтобы президент федерации был украинцем, чтобы глава области был украинцем. Тогда будет порядок.

Последний вопрос. Через пять лет 100-й юбилей украинского волейбола. Вас переизбрали на четыре года. Есть ли желание остаться еще на год дольше, чтобы отпраздновать эту дату? Ну и, в контексте столетия, какие у вас ожидания, какие стремления, как в развитии волейбола, так и в развитии государства?

– На Конгрессе было предложение от харьковской делегации, чтобы Конгресс рассмотрел изменения в статуте, и чтобы меня выбрали не на четыре, а на пять лет. Конгресс может это сделать, для этого нужно было 2/3 голосов. Но встал юрист наш, глава юридической комиссии. Он сказал, что это возможно, но такие вопросы нужно понимать, как минимум, за месяц до начала Конгресса.

Мечты? Я, как арбитр достиг почти всего. Я не судил только Олимпийские игры. Вот у меня мечта, чтобы я на посту президента вывел. Даже не вывел, выводить будут тренер и игроки. Чтобы я возглавил нашу делегацию на Олимпиаде. Мы этого заслуживаем. Очень сложно, потому что на Олимпиаде играют 12 лучших команд мира. Но мы по потенциалу имеем шансы. Особенно мужчины.

А от государства чего ожидать? Чтобы пришел тот Моисей, чтобы люди понимали… Знаете, я хожу, смотрю, мы отстаем с каждым годом все больше и больше от передовых государств. И чтобы не стать сырьевым придатком для кого-то. Чтобы наши дети и внуки не «благодарили» за то, какую страну мы им оставили.

Добавьте xsport.ua в избранные источники в Google News подписаться
Новости: Волейбол