Сеуканд: «Хоккей – это наркотик, без которого нельзя»

Главный тренер «Мариуполя» рассказал о начале хоккейной карьеры, переходе в киевское «Динамо» и жизни вне ледовой площадки
14 декабря 2020г. 08:45
Сеуканд: «Хоккей – это наркотик, без которого нельзя»
Александр Сеуканд / Фото - пресс-служба УХЛ

Александр Юрьевич Сеуканд, экс-защитник «Крыльев Советов», киевского «Динамо» («Сокола»), а также столичного «Машиностроителя». Сегодня он занимает должность главного тренера хоккейного клуба «Мариуполь».

6 декабря легендарный украинский тренер отпраздновал юбилей – 70 лет. Как и полагается настоящему профессионалу, этот день он провел на льду.


Любовь к хоккею у Александра Юрьевича появилась с самого детства. Будучи школьником, Саша вместе с друзьями со двора собирался на катке, чтобы покататься и побросать шайбу. Вскоре хобби понемногу начало перерастать в работу всей жизни.

Это было давно. Мне было 6-7 лет, и я жил тогда еще на окраине Москвы в районе Кунцево, но сейчас это уже Москва. Стадион был заводской, относился к предприятию Всероссийкого института легких сплавов. От арены мы жили в 10 минутах ходьбы. Я надевал коньки, и моя мама или дядька возили меня на каток кататься. Потом маме дали комнату в том же Кунцево, и мне еще ближе стало ходить до катка. Мы с ребятами летом обязательно играли в футбол, а зимой в хоккей. 

Помню один раз мне мама купила клюшку «Москва». В те времена она стоила 2 рубля 20 копеек. Я еще выбирал тогда для русского хоккея (она была загнутая такая) или для канадского, но я выбрал для канадского, так как можно и шайбой работать и мячом.

Первой юношеской командой Александра Сеуканда был ЦСКА. Состав москвичей в то время был наполнен звездными игроками, поэтому молодежь, которая приходила, всегда была в ежовых рукавицах опытных игроков.

С хоккеем получилось из-за того, что у нас была команда на первенство Москвы. Мы в 9 утра выезжали на игры и возвращались домой около 15:00. Нам давали автобус, в котором также ездили и родители с бутербродами. Это было обязательно! Потом меня пригласили в юношескую, а со временем молодежную команду ЦСКА. Там я уже начал заниматься серьезным хоккеем.

В ЦСКА был такой закон, что великие игроки – это Михайлов, Петров, Харламов, Фирсов, Мишаков и другие, обязательно проводили тренировку с молодежной командой. Я был в этой кухне, и тогда я сыграл одну игру за основную команду в Кубке СССР, я тот матч помню очень в тумане (улыбается). 

Вот представьте закон, который установил Анатолий Владимирович Тарасов! Мы в команде, где все олимпийские чемпионы. Для меня сыграть плохо, было просто нельзя (смеется).

Несмотря на такой звездный коллектив, отношение в команде к молодым хоккеистам, было великолепным.

Очень простые! Помогали и могли хорошо по-мужицки объяснить, что так нельзя делать. Были такие моменты, когда ошибся, то в душе по заднице давали кедом, а размер их был серьезным. Тогда точно доходило, что так нельзя делать (улыбается).

Первой профессиональной командой Александра Сеуканда были «Крылья Советов», в которых провел три года. Спустя время поступило предложение из Киева, Сеуканда хотели видеть в киевском «Динамо». Отказать Александр Юрьевич не мог.

После этого хоккея я оказался в Хабаровске, где проходил службу в армии. По возвращению со службы я вернулся домой, где меня в команду «Крылья Советов» пригласил Прилепский Александр Тихонович . В этой команде я пробыл три года под руководством Бориса Павловича Кулагина.

Потом мне поступило очень заманчивое предложение из киевской команды «Динамо». Условия были просто шикарные. Чего стоит двухкомнатная квартира, которую давали. Мне сразу сказали, приезжай и смотри квартиру. Мне предложили на бульваре Леси Украинки и на левом берегу в районе метро «Пионерская» (сейчас станция метро «Лесная»). Я первым делом спросил за метро, и сказал, беру, где есть метро. Хотя я раньше не понимал, что такое бульвар Леси Украинки и другой берег Киева (смеется). Так я оказался в «Динамо» Киев. У нас катка не было, «Дворец спорта» был закрыт на ремонт, а «Льдинка» пострадала от сильного ветра. Нам приходилось играть в Минске.

Однако Александр Юрьевич не только играл в хоккей. В свое время ему пришлось совмещать основное занятие с работой на заводе.

В 1973 году «Динамо» Киев руководством «Антонова» было переименовано «Сокол». Мы были устроены по разным цехам, а это нелегально. Но за это мы получали доплату, так как в то время были хоккеисты первой, второй и третьей категорий. Я был устроен в цех, где делали кресла для самолета Ан-24. Честно, мне так было неудобно приходить, а все из-за того, что был женский коллектив. Я раз в месяц потом стал приходить только за зарплатой, но те взгляды девушек я помню до сих пор. Также некоторые были в «горячих» цехах, а кто-то был во «вредных», но там зарплата была больше, чем в основной ставке.

Кому-то такая работа не понравилась, нашлись доброжелатели, которые стали говорить: «Там «Сокол» получает ДП»… Пошла проверка за проверкой, и нас всех уволили. Дальше «Сокол» оказался в надежных руках правительства, а профсоюзы серьезно взялись за команду. По материальному обеспечению она стала одной из лучших. Был футбол, так как это партийный вид спорта, потом баскетбол и хоккей. Вот в такой последовательности было наше финансирование. Самое интересное то, что отказов не было ни в чем. Нам давали машины и квартиры.

В 1985 году в киевском «Соколе» собрался очень серьезный коллектив. Было много молодых игроков, которые были лучшие в СССР. Самое главное, что им удалось отлично сыграться. Жаль, что я не дожил до того времени, как игрок, так как я в 80 году уехал учиться в Москву. Это была амбициозная команда, которая навела фурор!

Выбирать игровую позицию Александру долго не пришлось, он точно знал, что его амплуа – это защитник.

Сразу! Не от того, что я плохо катался, я катался всегда хорошо. Я все свободное время проводил на катке. Помню, когда я приехал в Киев, а приехал я на место отчисленного из команды Толика Рябиченко. Тогда мне в команде дали 25 игровой номер. Но ситуация в другом, были тогда магазины «отоварки», где продавали дубленки, шапки и разную обувь. Выдавали эти вещи от первого до последнего, а мой 25 был последним. Поэтому мне всегда или самые маленькие вещи доставались, или самые большие. Я решил взять после этого номер поближе – третий. Думал, ну все теперь я один из первых получу, но нет, руководство решило выдавать по возрасту, а я, как самый молодой, вновь оказался последним (смеется).

В свое время Александру пришлось противостоять многим нападающим. Однако, определить против кого было сложнее играть, не смог.

Вы знаете, в любой команде играли звезды. Одни созвездия! Я мастер спорт СССР, тогда это звание получить очень сложно было. Нужно было отыграть 50% игр в высшей лиге, а в это лиге играли одни звезды. Это не то, что ты купил или еще что-то – это высокое звание. Моя хоккейная жизнь очень быстро промелькнула. Когда игры, то не думаешь, где ты находишься, в каком городе, какие в нем есть красоты. Полностью настраиваешь себя на поединок.

Сейчас Александр Юрьевич главный тренер «Мариуполя». Несмотря на то, что команда сейчас переживает не наилучшие времена, наставник уверен, что это временно.

Если говорить о команде «Мариуполь», то я думаю, что со временем у нас появятся свои воспитанники. Я сейчас вижу массовые катания, есть женская команда. Очень хорошая у нас арена, которую подарил Борис Викторович Колесников, а также видно, что городские власти тоже хотят, чтобы в городе был хоккей. Вот это, наверное, самое главное. Теперь остается только ждать.

Несмотря на то, что у нашей команды сейчас тяжелые времена, я надеюсь, что вскоре все наладится. У нас одни выздоравливают, потом начинают другие болеть. Получается так, что сразу по 5-7 человек выбывает из основного состава. Нам иногда приходится собирать из тех, кто есть. Я уверен, что это временные трудности. Задача, которая поставленная руководством – играть в плей-офф, будет исполнена. Думаю, что болячки скоро закончатся.

Александр Сеуканд / Фото - пресс-служба УХЛ

Любовь к хоккею и рвение к победам в каждом матче не прошли бесследно и оставили свой отпечаток в жизни.

С одной стороны жалею, так как мои близкие и родные страдали из-за этого. Моя дочь выросла вне меня, очень жалко, что так получилось. Так получилось, что сейчас я остался один – и это очень печально. Да, у меня есть дочка, внучка и команда, но … это все благодаря хоккею. Однако, с другой стороны, здесь очень большой адреналин. Хоккей – это наркотик, без которого нельзя. Когда нет хоккея, мне не снятся сны. Для меня это очень страшно. Слава Богу, что все наладилось, и снятся сны, но хотелось больше положительных (улыбается).
Рейтинг:
(Голосов: 9)

Комментарии 1

Войти
Оставлять комментарии на сайте разрешается только при соблюдении правил.
15 декабря 2020г. 00:29
Да! Великий мастер! Целая эпоха нашего большого хоккея! Здоровья, сил и хороших снов!