«Я буду работать до Токио, а там посмотрим». Ольга Харлан говорит

#NEWSLIST_WIHT_PHOTO_250084,239450,230295,219417#

На Олимпийских Играх-2016 в Рио Ольга Харлан, выиграв третью и четвертую в своей карьере олимпийские медали, стала второй самой титулованной спортсменкой времен украинской независимости. Первая - Яна Клочкова, у которой тоже четыре медали, но все золотые.

После Рио Харлан ни разу не появлялась на соревнованиях – хотя Гран-При идут уже с середины осени. Оля сделала операцию на плече, а восстанавливаться поехала в Соединенные Штаты Америки к своему мужу Дмитрию Бойко, который, закончив карьеру в украинской сборной, работает тренером.

И вот Оля вернулась – и в Украину, и в спорт. Для Харлан начинается четвертый Олимпийский цикл. Все-таки начинается, хотя после тяжелейшего предыдущего были мысли, что лидер сборной сделает паузу. Но она решила продолжать. В 2020 году в Токио ей будет 30 (ну хорошо – 29, потому что день рождения 4 сентября, а турнир по фехтованию на Играх-2020 закончится 2 августа) – и это будете ее 16-ый (!) сезон в сборной на высочайшем уровне. Она еще не выиграла того, о чем мечтала все эти годы – личное золото Олимпийских Игр – ей еще есть что сказать и сделать в этом спорте.

Ольга Харлан побывала в студии XSPORT, где в прямом эфире рассказала о восстановлении после операции, о том, какое осталось послевкусие от Рио, а еще о новом фехтовальном зале в родном Николаеве, который приехал открывать лично Президент Украины.

Расскажи, чем занималась почти полгода уже после Олимпийских игр? Какое у тебя жизненное настроение и жизненный план?

2016 был для меня тяжелым, богатым на события и впечатления, как плохие, так и хорошие. 8 октября была первая операция в моей жизни - тем более, от спортивной травмы (надеюсь, и последняя), и на длительную реабилитацию я поехала в Америку, к тому же там работает мой муж, много не виделись, и вот решили провести время вместе.

Ты уже восстановилась после Олимпиады и операции?

После Олимпиады я восстановилась уже в ноябре, и хотела фехтовать, у меня появилось такое желание. Я поняла свои ошибки, поняла, над чем нужно работать. У меня было очень много времени, чтобы подумать, расставить всё на свои места и понять, чего же я всё-таки хочу добиться в итоге. После операции длительное время рука была в покое, я ничего не могла делать, только бегать-прыгать и всё. Сейчас я была у доктора, и он мне сказал, что в феврале можно уже начинать фехтовать. Я улетаю в Австрию на три недели в диагностический тренировочный центр. Обычно я езжу туда только на тестирование, а вот сейчас буду восстанавливаться и тренироваться, и уверена, что терапевты и тренеры в этом центре мне помогут.

То есть, после Рио ты еще не брала оружие в руки?

Только в левую. Уроки получала на левой руке.

Из того, что ты собралась в феврале начать фехтовать, следует понимать, что паузу в карьере делать не собираешься?

Нет, если уже делать паузу - так окончательную. Я думала много над этим, и поняла, что нужно уже выложиться, доработать, а вот уже потом, если всё будет хорошо, то уйти красиво. Я буду работать до Токио, а там уже увидим. Я и на эту Олимпиаду ехала с мыслью: «Вот работаю до Рио и всё», но вот как получилось.

Насчёт ошибок, есть ли такие, которые вылились в тот результат, который ты показала на Олимпийских Играх, и которым ты не очень довольна?

Есть много вопросов к себе, к тренерам и вообще к той подготовке, которая была проведена. Я не говорю, что она была плохой, она была хорошей, тяжелой, мы многое прошли, терпели нагрузки. Два года мы работали без какого-либо отдыха, и это немного угнетало морально. Фехтование порой уже было вот здесь... Серебряная и бронзовая медаль - это то, что мы наработали. Я считаю, что мы сделали недостаточно, ибо если бы мы сделали достаточного всего, то у нас было бы две золотые медали. Не скажу, что подготовка была неправильной, но, видимо, что-то было не так.

Медали на 2020 год надо начинать готовиться не в 2019ом, а уже в начале 2017го?

Да, уже нужно готовиться. Не только мы должны быть готовы, а и наше правительство, тренеры, которые должны расписывать план на 4 года, а не на сезон. К этому циклу я хочу подойти как профессионал. Очень важно найти тренера по общей физической подготовке - сейчас я его ищу для себя, своими силами. Кроме того, и мне, и всей команде, которая состоит из 12 человек, обязательно нужен диетолог - все закладывается в питании. Нужен психолог: Андрей Борисович Колосов, который с нами работал - я очень хочу, чтобы он работал и дальше. Я так понимаю, что с этим могут быть какие-то проблемы - этого ни в коем случае нельзя допускать. Он нас знает, мы его знаем, я полностью доверяю его подготовке. Он очень много сделал для нас перед Олимпиадой...

Вот те три человека, которые нам нужны, ну и, конечно, тренеры по фехтованию - это само собой. Цель на ближайшие полгода - найти этих людей, оставить Андрея Борисовича. Вот тогда подготовка будет профессиональной.

С финансовой точки зрения: насколько у тебя было «всё», чтобы работать нормально?

Не могу сказать, что всё было на 100% хорошо, но наше министерство, наша федерация делали всё, чтобы мы ездили на соревнования, зарубежные сборы. Сборов было недостаточно, 2-3 сбора в год, это очень мало. Но, тем не менее, будучи в той ситуации, в которой сейчас находиться Украины – мы справлялись. Было тяжело, нам нужно больше практики, конкуренция в юниорском, кадетском украинском фехтовании, к сожалению, хромает, на нас всё и заканчивается. А их нужно возить по соревнованиям, развивать, нужно вкладывать в это. И тренерам тоже нужно больше вкладывать силы в молодежь, а не заканчивать свою работу на четырех сборницах, а работать с восемью или с десятью девочками.

Есть люди, которые могут донести эти мысли тем, кому нужно?

Есть люди, которые слышат, а есть те, кто, к сожалению, не слушает и не слышит и не хотят этого делать.